Login
Пользователь:

Пароль:

Запомнить меня



Востановить пароль

Зарегистрироваться


Поиск по сайту


Кто на сайте
2 пользователь(ей) активно (1 пользователь(ей) просматривают Молодые литераторы)

Участников: 0
Гостей: 2

далее...


Article ID : 78
Audience : Default
Version 1.00
Published Date: 13.11.2011 22:27:06
Reads : 1378

Поэзия
26
***
Вышла. Наверное, будет метель…
С вечера радио о снегопаде…
А я всё лежал, согревая постель,
И волосы русые трепетно гладил.

Я думал, что скоро наступит рассвет.
Боялся вздохнуть – ненароком проснётся,
Даря чуть рассеянный, заспанный свет,
Моё присмиревшее с вечера солнце.

Боялся её, как жар-птицу, спугнуть,
Боялся дыхания, робкого взгляда
И думал, что сложно, наверно, уснуть
От сердца, стучащего трепетно рядом.

…Но вот – чуть вздохнули ресницы… подлез
Серебряный свет под края занавески.
Подкрался и вспыхнул, ревнивый подлец!
И радио звук неоправданно резкий

Взъерошил и вырвал, как ереси лист,
Её с простыней неостывшей тетради.
Останься, помилуй! Молю: задержись
На миг – ради взгляда и голоса, ради…

Но знаю, тебе, мой предутренний рок,
Аврора, Мерцана, богиня рассвета,
Истомная свежесть январских дорог
Конечно, дороже признаний поэта.

Ты в новое утро с игривым лучом
Ворвёшься, сияя неистовым танго.
Помада… и сумочка через плечо…
Прощай, мой непрошенный ветреный ангел.

Помедлив, на фоне дверного листа
Застыла – её и запомню такую –
И вышла за окна… Одна. Без зонта.
А радио всё о метели толкует…

***
Вот и свиделись, Отче. К тебе я последним предвестником,
Как вернувшийся с трудного боя усталый солдат.
Расстегну гимнастёрку над старым серебряным крестиком,
Ты когда-то давал мне её напрокат.
Напрокат…

Эта грубая ткань сквозь века проходила дремучие,
То плащом обращаясь, то гладью заморской парчи,
И меняла хозяев, скитаясь от случая к случаю,
Выгорая от света костра и свечи.
И свечи…

Кто носил до меня, был, наверно, заядлым охотником.
Он в подкладке оставил тяжелый отточенный нож
И цветок с одурманенной жаром и ветрами Корсики.
Исцарапали оба мне грудь. Ну и что ж?
Ну и что ж…

А другой был поэтом, беспечным и дерзким парнишкою,
Он в Париже гулял, только был одинок меж людьми.
Он чернилами залил манжеты с нарядной манишкою,
Я не смог разобрать ни строки, извини…
Извини.

Мой черёд наступает… Да только не гневайся, Господи,
Не умею носить осторожно такую шинель.
Вся на дерганых шрамах, в прорехах, заплатах и копоти,
Истрепалась душа. Ей бы жить не теперь,
Не теперь.

Не ищи, умоляю, хозяина старому платию,
Сам ведь знаешь – жестокие ветры шумят впереди.
Не защита она, не доспехи ему и не мантия.
Ну кому Ты такую отдашь? Пощади.
Пощади.

Ну а если решишь отыскать ей другого хозяина,
Как уйду я к последней реке искупаться нагим,
Ты отдай ему крестик мой, слышишь, Отец, обязательно
Вместе с этой рубахой. Он брат мой навеки.
Аминь.


Студенческая весна

Весна! Царит весна на целом свете!
Любовных слов чудесная пора!..
А мы сидим в плену на факультете –
Нас учат быть акулами пера.

И в сотый раз нам, бедным, повторяют,
Что мы должны на общество влиять,
Что имена в статье не сокращают,
За это строго будут, мол, карать…

Но где-то там, за дверью факультета,
Без социальных и иных проблем,
Сияет солнце нового рассвета,
И Саша К. встречает Машу М.

Любовь – не в рамках жанра, как известно,
И смысла в этом нет, наверняка.
И обществу совсем неинтересно,
Как Маша М. влюбилась в Сашу К.

Не по канону выстроены мысли,
Весь мир открыт пылающим сердцам,
И жизнь для них таким сияет смыслом,
«Что и не снилось нашим мудрецам»...

…А нас опять на лекциях стращают,
(Дай бог поймать утраченную мысль!)
О том, что имена не сокращают,
И что-то там про социальный смысл.

|  Links 
Printer Friendly Page Send this Article to a Friend